Крепость Рухи

Рухи — это то, что осталось на мегрельской равнине от честолюбия одного человека. Крепость стоит на невысоком холме на левом берегу Ингури, километрах в восьми к северо-западу от Зугдиди.

Леван II Дадиани, правивший Мегрелией с 1611 по 1657 год, построил её в середине XVII века. Задача была очевидной: держать переправу через Ингури против абхазских владетелей с одной стороны и имеретинских царей с другой. Это было время, когда Мегрелия фактически была самостоятельной, а Леван вёл собственные дела и с османами, и с Россией.

План прямоугольный, с круглыми угловыми башнями. Стены сложены чередующимися рядами речной гальки и кирпича — обычная низинная мегрельская техника, совсем не похожая на жёсткую бутовую кладку горных крепостей. Внутри сохранились остатки двухэтажного жилого корпуса и небольшой церкви.

Место разрушено и летом почти целиком заросло ежевикой. Инфраструктуры нет никакой: ни билета, ни охраны, ни перил, ни тропы в настоящем смысле слова. Поэтому лучше приезжать поздней осенью или ранней весной, когда растительность полегла и план стен читается. На башни можно подняться, но камень осыпается, а лестниц не осталось.

Для чего был нужен Рухи, легче представить, если читать итальянцев. При дворе Левана в 1630-е и 1640-е годы жили два миссионера-театинца, Кристофоро Кастелли и Арканджело Ламберти. Ламберти написал описание Мегрелии, а Кастелли оставил сотни зарисовок, включая портреты самого Левана. Вместе они рисуют маленькое, жестокое и церемонное государство с османскими и итальянскими гостями, торговлей пленниками и владетелем, поступавшим как ему вздумается. На этом фоне крепость понятна и как пограничное сооружение, и как резиденция.

Сверху открывается пойма Ингури, а в ясный день вдали видны горы Сванетии. Этот вид — половина смысла поездки.

Стоит знать, что Рухи находится недалеко от фактической границы с Абхазией. Ингурский мост и пропускной пункт в нескольких километрах, а в 2020 году здесь построили большую больницу. Это не военная зона, но снимать блокпосты и патрули не стоит, и разумнее не уходить с крепостного холма.